|
Страница 4 из 4 Я готов поддерживать то, что Тимошенко делает с природными монополиями. Мне нравится, когда стараются убрать посредников, допустим, с энергетических рынков. Мне нравится, что Укрзализныця становится более прозрачной, что становится сложнее завозить какой–то товар беспошлинно, безналогово… Эти шаги далеко не популярны, поскольку влияют на цену товаров. Но, даже несмотря на то, она все равно это делает: это надо делать сегодня, чтобы завтра было жить легче. Мне все это нравится, и сегодня я могу себе позволить роскошь говорить об этом. Я никого и ничего не боюсь. Потому что я буду поддерживать любого, кто будет делать правильные реформы. – А как же инфляция? Вы как бывший глава Нацбанка не видите, что всплеск вызван выплатой по тысяче гривен на руки по компенсации долгов Ощадбанка? – Вы чересчур упрощаете такие вещи. Вы хотите сказать, что три миллиарда гривен, которые выплатили людям, могли спровоцировать такую инфляцию?! Я считаю, что причина номер один – это реформы, которые надо провести в стране. Структурные и отраслевые. Я бы даже начинал с отраслевых реформ – энергетика и сельское хозяйство. Сегодня эти два сектора больше всего давят на цены. К тому же инфляция к нам привносится извне. И явно, что она носит не монетарный характер, хотя мы боремся с ней монетарными методами. Например, надо четко сбалансировать социальные выплаты. Я бы сегодня вообще их пересмотрел и давал на руки ровно столько, чтобы сдерживать инфляцию на уровне, при котором люди бы не обнищали. – Но это не выгодно с точки зрения рейтингов. Поэтому так не будет делать никто – ни Тимошенко, ни Янукович! – Но все они разгоняют цены, а потом критикуют друг друга. Это как собака, бегающая за хвостом. А население будет рассчитываться за их нерешительность. Мы сегодня имеем тепловую энергетику, которая не приватизирована, а это срочно надо сделать. Я это понимаю уже 10 лет. Что касается сельского хозяйства, то у нас слишком политизируется вопрос земли… – Но ведь Юлия Тимошенко тоже поддерживала мораторий на продажу земель! – Я считаю, что все политики, которые удерживают приватизацию земли, делают народу только хуже. И я говорил об этом Юлии Владимировне. Но я их всех прекрасно понимаю – они смотрят на рейтинги! А народ относится к этому популистски. Народу самое главное, чтобы не было людей, которые будут владеть землей, даже если при этом мясо будет стоить и 100 гривен. Как результат, у нас сельское хозяйство становится дороже, чем в Европе: так, мясо в Украине стоит почти в два раза больше, чем в других европейских странах. – Как Тимошенко может взять под контроль инфляцию? – Это можно сделать. И это сегодня делают в первую очередь Национальный банк и Министерство финансов. Посмотрите: на рынке нет гривны, она очень дорогая. Из–за этого мы хоть и потеряем какой–то процент экономического роста, но, с другой стороны, цены будут обузданы. Далее. По всем признакам, мы получим хороший урожай. Банкиры и страховики хорошо это считают и видят. Сегодня в два раза больше осадков, чем в прошлом году. Раз урожай будет хороший, значит – цены упадут. И летом будут высокие шансы получить дефляцию. Кроме того, я бы максимально открыл рынок для импортных продуктов питания – в первую очередь для мяса. Надо создать равные условия для всех предпринимателей, независимо от их гражданства. Не надо жалеть наших некоторых нерадивых производителей, которые тянут страну вниз! Если производитель неэффективен, то пенсионер не должен за него рассчитываться. Надо думать не о менеджерах, а о миллионах людей. Сегодня иностранные производители очень заинтересованы в нашем сельском хозяйстве. – А вы сами вкладываете в село? – Да. Я считаю, что это один из самых перспективных рынков. В Херсонской и Черкасской областях мы имеем около 16 тысяч гектаров земли в аренде, сейчас будем их увеличивать. Мы готовим проект по переработке мяса, причем не очень традиционном для нас. Речь идет об индюшатине, поскольку рынок еще не очень занят. Мы будем инвестировать в этот сектор, строить новое производство. – По поводу вашей агитации за частную собственность на энергетику – вы бы поддерживали процесс перехода в руки Ахметова "Днепрэнерго" так, как это происходило при Януковиче? – Если это конкурентная приватизация, я "за". Если неконкурентная, я "против". Но в данной ситуации, я думаю, была неконкурентная приватизация. Конкурентная – это когда предприятие выставляется на тендер, участником которого может стать любой инвестор, способный подтвердить свою готовность заплатить деньги. И кто больше заплатит, тот и становится собственником. – Как закончилась конфликтная история с Кременчугским сталелитейным заводом? Вы остаетесь участником этого проекта? Кто сейчас управляет этим предприятием? Ваши люди? – Нет, пока там не наш менеджмент, хотя я остаюсь в этом проекте. История пока не разрешилась, но я надеюсь, что мы закончим. – Но ваши права акционера как–то реализованы? – Они защищены точно так же, как и на всех предприятиях в Украине. Мы получаем дивиденды, но это ненормальная работа. – Вы хотите выйти из числа акционеров? – Нет, я не буду выходить, потому что являюсь еще крупным акционером Крюковского вагоностроительного завода, мы полностью контролируем Днепродзержинский вагоностроительный завод. Поэтому проблема литья нас интересует, и никуда оттуда уходить я не буду. – Лугансктепловоз входит в сферу ваших интересов? – Мы планировали участие в тендере по его продаже и подавали заявку на приватизацию, но нас просто не допустили. И если аукцион состоится повторно, вполне возможно, что мы будем принимать участие. И, скорее всего, сами, без партнеров. – Почему вы продали газету "Экономические известия"? – Потому, что я на этот проект посмотрел не как на какой–то джентльменский набор бизнесмена–олигарха, а как на совершенно конкретный бизнес. Для того, чтобы газетный бизнес был эффективен, необходимы значительные инвестиции. Как минимум, нужны еще телеканал, радио, широкополосный Интернет, блок печатных СМИ. Только после этого через какое–то время такой проект может быть интересен. Я не пошел этим путем. – Если для СМИ необходимо очень много денег, то создавать и содержать их способны лишь олигархи. И мы можем оказаться в ситуации, когда пресса будет заложником политических интересов собственника… – Это не так, потому что вы не учитываете возможности развития СМИ через заемные средства. Я мог это сделать, я занимался изучением этого вопроса, специально съездил на конференции в Москву. И увидел, что этот рынок у нас уже достаточно насыщен. – Год назад журнал "Фокус" обнародовал рейтинг самых завидных женихов и невест Украины, в который попала и ваша дочь. Но вы не захотели давать ее фотографию. Почему? – Скажу откровенно: редакция "Фокуса" на меня тогда не выходила. А если даже если бы они попросили, то я бы действительно не дал. Как отцу, мне не очень бы нравилось, если ее фотографии были бы везде, и она стала бы сегодня супер–публичной. Публичность – очень сложная ноша. Я очень горжусь своей дочерью. Аня закончила университет в Лондоне, получила степень мастера, сделала это с отличием. Сейчас она вернулась в Украину, работает в группе ТАС – аналитиком в компании по управлению активами. Я уверен, что у нее есть все шансы своей работой и своими мозгами стать публичной и успешной.
|
